ОБЗОР
СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О НАСЛЕДОВАНИИ
Разрешая дела по искам о признании завещательных распоряжений на денежные вклады в государственных трудовых сберегательных кассах и других кредитных учреждениях недействительными, суды не всегда выясняют, является ли вклад общей супружеской собственностью или личной собственностью одного из супругов, производился ли ранее между супругами раздел вклада (ст. 395 ГК).
Так, после смерти И. в сберегательной кассе осталось два вклада в сумме 2806 руб. и 2119 руб., завещанные ею племянницам С.
и М. Переживший супруг И. - Ф. обратился в суд с иском к С. и М. о признании завещательных распоряжений недействительными и о разделе
вкладов. Решением Тимирязевского районного народного суда Москвы (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда) оба завещательных распоряжения признаны частично недействительными. В пользу Ф. взыскано с С.
1403 руб. и с М.- 1059 руб. Суд мотивировал решение тем, что вклады в сберегательной кассе, внесенные супругами в период совместной жизни на имя И., являются их общей совместной собственностью, а поэтому подлежат разделу в равных долях. Президиум Московского городского суда по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РСФСР отменил решение народного суда и определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда как постановленные по недостаточно исследованным материалам дела. Как указывалось в протесте, судом не были проверены утверждения истца о том, что вклад на имя И. в сумме
2119 руб. - их совместная собственность, второй вклад в сумме 2806
руб. хотя и внесен на имя жены И., в размере 2500 руб. - его личное сбережение, поскольку деньги им были внесены в сберегательную кассу до вступления в брак, а затем в период совместной жизни с женой вклад был переоформлен на ее имя. В материалах дела имеются доказательства, подтверждающие в этой части объяснения истца, в том числе копия лицевого счета на его имя, показания свидетелей о наличии такого вклада и другие данные. Однако суд не дал оценки этим доказательствам и безмотивно их
отверг. Как усматривается из дела, ко времени смерти наследодателя у каждого из супругов имелись денежные вклады, нажитые в период
брака. Поэтому суду следовало выяснить, не состоялся ли между ними фактический раздел их денежных сбережений, и установить, какие из этих вкладов - общее имущество супругов, а какие - личная собственность каждого из них.
Нередко при разрешении споров о признании завещания недействительным по мотиву, что наследодатель в момент составления завещания не мог понимать значения своих действий и руководить ими, судами назначается судебно - психиатрическая экспертиза для определения психического состояния наследодателя в то время. Однако при этом не выполняются все требования закона о ее назначении (ст. ст. 74-78 ГПК): она проводится без участия сторон по делу; не выясняется их мнение относительно лиц, назначенных судом в качестве экспертов, и вопросов, по которым эксперты должны дать разъяснения; эксперты не вызываются в судебное заседание, их заключения не всегда проверяются и оцениваются в совокупности с другими доказательствами по делу.
В 1973 году И. свое имущество завещала племяннице К. 2 октября
1979 г. она составила новое завещание в пользу другой племянницы,
Г., а 12 октября 1979 г. скончалась.
К. обратилась в суд с иском о признании нового завещания недействительным. В заявлении она ссылалась на то, что И. в момент составления завещания в 1979 году страдала тяжелым заболеванием и не могла правильно понимать значения своих действий. Вышневолоцкий городской народный суд Калининской области, рассматривая дело, назначил экспертизу для определения психического состояния наследодателя на момент составления завещания. Учитывая заключение эксперта, народный суд исковые требования удовлетворил, завещание от 2 октября 1979 г. признал недействительным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР в порядке судебного надзора отменила судебное решение, указав, что народный суд назначил и провел экспертизу с существенными нарушениями требований закона: не разъяснил сторонам их право поставить перед экспертами соответствующие вопросы, заключение экспертов в соответствии со ст. 180 ГПК в судебном заседании не оглашалось и не исследовалось. Народный суд по существу не дал оценки заключению экспертов, не сопоставил его с другими доказательствами
по делу.
При установлении наследственного имущества, подлежащего разделу между наследниками, для судов иногда представляет сложность определить, какое имущество относится к предметам обычной домашней обстановки и обихода. Некоторые суды расширительно толкуют ст. 533 ГК, относя к ним дорогостоящие мебельные гарнитуры, чайные и столовые сервизы и др.
После смерти И. между его наследниками: его женой Г., несовершеннолетней дочерью Ф. и взрослой дочерью Н., проживающей отдельно, возник спор о разделе имущества, состоящего из пая в ЖСК на сумму 6589 руб. и вещей на 13 400 руб. Решением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда истице Н. выделена часть пая в ЖСК на сумму 1091 руб. Из всего имущества, находившегося в квартире наследодателя, суд счел подлежащим разделу лишь хрусталь и признал за истицей на него право на 247
руб. Все остальные вещи судом были переданы супруге наследодателя и его несовершеннолетней дочери по тем мотивам, что это имущество относится к предметам домашней обстановки и обихода, в связи с чем в силу ст. 533 ГК оно переходит к наследникам по закону, проживавшим с наследодателем до его смерти не менее одного года, независимо от их очереди и наследственной доли.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР изменила решение областного суда, увеличив присужденную в пользу истицы сумму взыскания, и в определении отметила, что суд, отнеся все находившееся в квартире ответчицы имущество к предметам обычной домашней обстановки и обихода, не учел, что в числе вещей, включенных в акт описи, значатся 667 книг художественной литературы, три ковра, один из которых оценен в 500 руб., палас импортный стоимостью 300 руб., два холодильника "Ока" и "ЗИЛ", два импортных мебельных гарнитура, две полированных стенки для книг, пять чайных и столовых сервизов. Все эти вещи - дорогостоящие и не могли быть отнесены к предметам домашнего обихода.
Рассматривая. дело по иску А. и М. к Н.- супругу умершей их дочери о разделе и об - истребовании наследственного имущества, судебная коллегия по гражданским делам Магаданского областного суда отнесла к предметам домашнего обихода цветной телевизор и два
ковра. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР в кассационном порядке изменила решение областного суда, не признав данные вещи предметами домашнего обихода.
Некоторым судам неясно, может ли наследник, получивший вклад по завещанию, оформленному в сберегательной кассе, считаться принявшим наследственное имущество.
Пленум Верховного Суда СССР в п. 9 постановления от 1 июля
1966 г. N 6 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснил, что согласно закону вклад, находящийся в государственной сберегательной кассе или в Государственном байке СССР, не входит восстав наследственного имущества и на него не распространяются правила о порядке наследования, если вкладчик сделал распоряжение сберегательной кассе или банку о выдаче вклада в случае своей смерти любому лицу или государству. Следовательно, лицо, получившее вклад по завещательному распоряжению вкладчика сберегательной кассе, не может на этом основании считаться принявшим наследственное имущество.
Требования о продлении срока для принятия наследства в соответствии с гражданско - процессуальным законодательством рассматриваются в порядке искового производства. Между тем некоторые народные суды ошибочно разрешают их по правилам особого производства, предусмотренного главой 32 ГПК РСФСР.
В. обратилась в суд с исковым заявлением о продлении срока для принятия наследства - жилого дома, оставшегося после смерти ее
сестры С. Кировский районный народный суд г. Кемерово неправильно рассмотрел заявление как жалобу на действия нотариуса и, руководствуясь ст. ст. 271-273 ГПК, срок для принятия наследства
продлил.
Некоторые народные суды, рассматривая заявления о продлении срока для принятия наследства, не всегда выясняют, получено ли другими наследниками свидетельство о праве на наследство с соблюдением правил ч. 2 ст. 546 ГК, поэтому нередко спор о наследстве по существу остается неразрешенным.
Так, Георгиевский районный народный суд Ставропольского края, рассматривая дело по заявлению М. о продлении срока для принятия наследства и выделе ей части дома, оставшегося после смерти ее отца, не истребовал свидетельство о праве на наследство, выданное супруге наследодателя и его сыну, не проверил доводы истицы о том, что она фактически вступила в права наследования, получив часть имущества (холодильник, сервант и другие вещи) . Несмотря на то, что в исковом заявлении и судебном заседании истица просила выделить ей часть дома или взыскать с ответчиков компенсацию за нее в сумме 466 руб., суд не рассмотрел эти требования, ограничившись вынесением решения о продлении срока для принятия наследства, чем нарушил права истицы.
Согласно ст. 554 ГК кредиторы наследодателя вправе в течение шести месяцев со дня открытия наследства предъявить свои претензии принявшим наследство наследникам или исполнителю завещания в нотариальной конторе по месту открытия наследства либо предъявить иск в суде к наследственному имуществу. Рассматривая такие требования, суды иногда ошибочно связывают исчисление шестимесячного срока на предъявление претензии кредитора к наследникам, принявшим наследство, со временем обращения с иском в
суд.
Дзержинский районный народный суд г. Новосибирска отказал в иске магазину "Мелодия" к П., принявшей наследство после смерти мужа, выдавшего при его жизни обязательство о погашении кредита, о взыскании задолженности по кредиту в сумме 477 руб. по тем основаниям, что с момента смерти наследодателя и до обращения истца с иском в суд прошло более шести месяцев. Решение областным судом оставлено без изменения. Рассмотрев дело в порядке надзора, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР отменила все состоявшиеся судебные решения и направила дело на новое рассмотрение, указав следующее. Из материалов дела видно, что суд не исследовал всех обстоятельств, связанных с пропуском кредитором шестимесячного срока. Законом предусмотрено, что претензия кредитором может быть заявлена не только в суд, но и непосредственно к наследникам, принявшим наследство. Как утверждает истец, администрация магазина своевременно предъявила претензию к П., которая выдала в письменной форме обязательство о погашении задолженности, числящейся за ее умершим супругом. Указанным обстоятельствам, а также объяснению ответчицы, не отрицавшей обращения к ней работников магазина относительно оставшегося после смерти мужа долга, судом не дано оценки. Суд не учел и тот факт, что ответчица после предъявления претензии внесла в погашение долга мужа 60 руб.
В некоторых случаях шестимесячный срок на предъявление претензии кредиторами к наследникам, принявшим наследство, исчисляется неправильно, в связи с тем, что суды не всегда точно устанавливают время открытия наследства, а также предъявления претензий к наследнику, принявшему наследство.
Г. обратился в суд с иском к Л. (принявшей наследство после смерти ее мужа К.) о взыскании 2500 руб., перешедших к К. после смерти его брата Б. В обоснование исковых требований Г. указал,
что Б. - отец его жены, длительное время проживал в их семье, вел с ними общее хозяйство, денежные сбережения они хранили на лицевом счете тестя в сберегательной кассе. Б. умер 13 сентября 1979 г. После его смерти наследником по закону являлся брат К., так как
дочь Б. (жена истца) умерла ранее отца. После смерти Б. истец обратился к его наследнику К. о выплате ему 2500 руб. К. принял эту претензию и выдал письменное обязательство о выплате данной
суммы. Обязательство не было исполнено в связи с тем, что К. 14 апреля 1980 г. умер, не получив наследства. Л. - супруга К., отказалась выполнить обязательство умершего мужа. Решением Фрунзенского районного народного суда Москвы в иске отказано в связи с пропуском истцом шестимесячного срока для предъявления
претензии.
Заместителем Председателя Верховного Суда РСФСР принесен протест в президиум Московского городского суда в связи с неисследованностью обстоятельств и несоответствием выводов суда материалам дела. Отказывая в иске, суд сослался на то, что истец
Г. после смерти его тестя - наследодателя Б. с претензией о передаче ему 2500 руб. никуда не обращался, поэтому утратил принадлежащее ему право требования. Однако, как видно из материалов дела, Г. дважды предъявлял претензию к наследственному имуществу: 27 сентября 1979 г. после смерти тестя Б.к его наследнику по закону, брату умершего К., который признал долг и дал письменное обязательство о выплате 2500 руб., и 17 сентября
1980 г. - в нотариальную контору после смерти К. Суд не дал надлежащей оценки этим обстоятельствам. Помимо этого суд не установил точную дату смерти Б. В приобщенных к делу документах и других доказательствах содержатся противоречивые сведения о дате его смерти 13, 19 и 27 сентября 1979 г. Не истребовав подлинных документов о смерти наследодателя и не установив точно эту дату, суд не мог достоверно исчислить срок, в течение которого истец мог предъявить претензии.
В соответствии со ст. 191 ГПК постановление суда первой инстанции, которым дело разрешается по существу, выносится в форме
решения. Между тем отдельные народные суды по делам о продлении срока для принятия наследства ошибочно выносят определения.
Например, Ленинский районный народный суд Пермской области по делу по иску В. о продлении срока для принятия наследства, требование истца удовлетворил, однако вместо решения вынес определение.
В работе судов возник вопрос, вправе ли суд возложить на наследников возмещение расходов, связанных с похоронами наследодателя, таких, как: проведение поминального обеда, изготовление памятника и др.
В соответствии со ст. 549 ГК до истечения шести месяцев со дня открытия наследства или до получения свидетельства о праве на наследство наследник вправе производить за счет наследственного имущества расходы на похороны наследодателя. Расходы на изготовление оград и памятников определяются исходя из фактической их стоимости, но не выше предельной стоимости стандартных оград и памятников, установленной в данной местности. Расходы на, отправление религиозных обрядов, поминок не возмещаются.
В судебной практике нет единства по вопросу, входит ли в состав наследственного имущества заработная плата, премии, компенсации за неиспользованный отпуск, начисленные бухгалтерией, но своевременно не полученные наследодателем.
Поскольку законом не предусмотрено никаких изъятий в отношении заработной платы, премий, компенсации за неиспользованный отпуск, начисленных бухгалтерией, но неполученных наследодателем, то такие выплаты входят в состав наследственного имущества и в зависимость от того, имеется ли спор о наследстве, заявления о невыдаче нотариусом свидетельства о праве на это наследство должны рассматриваться в исковом или особом производстве.
Взыскание государственной пошлины. Согласно п. 36 Инструкции Министерства финансов СССР от 28 декабря 1979 г. N 217 "О государственной пошлине" при принятии судом решения о праве наследников на имущество пошлина исчисляется судом исходя из общей стоимости имущества и взимается с каждого наследника пропорционально его доли в имуществе.
Для исчисления пошлины не принимаются во внимание: страховые суммы по договорам личного и имущественного страхования; облигации государственных*займов, вклады в государственные трудовые сберегательные кассы и другие кредитные учреждения СССР; суммы заработной платы и авторского гонорара, в том числе вознаграждения авторам открытий, изобретений, рационализаторских предложений и промышленных образцов; стоимость имущества, переходящего по завещанию и по договорам дарения государству, предприятиям, учреждениям и организациям, а также имущества, указанного в п. 64 этой Инструкции.
Между тем некоторые народные суды не учитывают положения Инструкции и ошибочно взыскивают государственную пошлину по искам о разделе наследственного имущества, состоящего из облигаций государственных займов.
Ч. обратилась в суд с иском к брату Т. о разделе в равных долях оставшихся после смерти отца облигаций государственных займов 1946- 1956 гг. на сумму 2426 руб. Дзержинский районный народный суд г. Новосибирска исковые требования Ч. удовлетворил и взыскал с ответчика в пользу истицы понесенные ею судебные расходы, вызванные уплатой государственной пошлины 72 р. 70 к. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР исключила из решения народного суда и определения судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда указание о взыскании с ответчика в пользу истицы этой суммы, отметив, что, поскольку исковое заявление Ч. касалось облигаций государственных займов, оно в соответствии с п. 6 ст. 82 ГПК подлежало оплате государственной пошлиной как требование, не подлежащее оценке, т. е. в сумме 30 коп.
Вместе с тем некоторые народные суды по делам не до взыскивают значительные суммы государственной пошлины. Они не всегда проверяют, оплачено ли заявление государственной пошлиной исходя из стоимости оспариваемого имущества.